А.В.Окороков

ПОДВОДНЫЕ ИСТОРИКО-АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ НА БЕЛОМ МОРЕ.


Подводные историко-археологические в северных районах России и в частности Белом море, до сих пор не получили должного распространения. Это объясняется нехваткой до недавнего времени подводного снаряжения для работы в холодных водах а также отсутствием (не выявленных до сих пор) перспективных объектов исследований. В отличии от южных морей изобилующих памятниками различных типов (городов, поселений, кораблей и т.п.) и эпох, воды северных морей могут предоставить лишь один тип – корабли, и в отдельных случаях гидротехнические сооружения, имеющие историческую ценность. Немаловажную роль в торможении развития подводных исторических исследований на Беломорье играют зачастую, сложность доставки тяжелого водолазного снаряжения и людей на место работ, и соответственно высокая стоимость этих исследований.

Тем не менее, за последние 25 лет определенный опыт работ в Северных регионах России все же был накоплен.

Цель данной статьи – дать краткий ретроспективный обзор проведенных на Русском Севере подводно-археологических исследований и наметить основные вехи дальнейших исследований в этом регионе.

Наиболее часто посещаемым объектом для подводных археологических работ на Беломорье являлся историко-культурный комплекс, расположенный на островах Соловецкого архипелага.

История освоения Соловецкого архипелага ведет свое начало с древнейших времен.

На его островах до наших дней сохранились памятники протосаамской культуры, культуры саамов эпохи средневековья: стоянки с кремневым и кварцевым инвентарем относящиеся ко II-I тыс. до н.э., каменные лабиринты, курганы.

В начале XV в. на островах Соловецкого архипелага возникает монастырь. Определяющий этап в истории монастыря связан с серединой XVI в., когда под руководством игумена Филиппа Колычева было начато небывалое по масштабам технологическое освоение Соловков: строительство каменных дорог, прокладка каналов, соединяющих более 50 озер Большого Соловецкого острова в единую гидротехническую систему, что позволило устроить в монастыре не только водяные мельницы, но и водопровод, построить каменную пристань на Заяцком острове (единственная дошедшая до нас пристань этого времени), рыбные садки. Эти и другие технические сооружения на Соловках – единственные в своем роде памятники древнерусской технической мысли.

Соловки пережили блокады, нашествие неприятелей, знаменитый Соловецкий бунт (1668-1676 гг.). На верфи монастыря строились крупные корабли. Его флот вел промысел рыбы и морского зверя как в Беломорье, так и на Новой Земле, Вайгаче и в других Арктических районах.

Таким образом, на небольшой площади островов Соловецкого архипелага сконцентрировано большое количество разнообразных памятников, тесно взаимосвязанных между собой. Островное положение монастыря, удаленного от крупных культурных центров, локальность объектов создали неповторимые условия для изучения развития общих историко-культурных процессов на Беломорье. Одной из составных частей комплексного исследования Соловков являются подводные объекты.

Автору статьи, в свое время в разговорах с подводниками спортивных клубов Москвы, Санкт-Петербурга, Северодвинска и Архангельска приходилось слышать о проводимых на Соловках тренировочных погружениях. Во время этих погружений попадались и находки представляющие историческую и музейную ценность (якоря, останки судов и т.п.) Однако зачастую они оставлялись на месте или поднимались на поверхность без необходимой фиксацией места обнаружения, зарисовок и описаний, важных для их научного осмысления. Не освещались эти работы и в специальной литературе и даже периодической печати. Лишь результаты отдельных экспедиций публиковались в сборниках «Спортсмен-подводник» и по ряду исследований были составлены отчеты.

Охарактеризуем вкратце результаты экспедиций на Белом море, выявленные в литературе и различных источниках.

В 1973 году подводные исследования на Соловецком острове проводились секцией подводного спорта авиационного завода г. Воронежа (руководитель А. Сержантов).

За период экспедиции обследована подводная часть конструкции набережной Святого озера (XIX в.). В общих чертах определены ее особенности, обнаружено и зафиксировано 3 водозабора, по которым поступала вода в монастырь1.

В 1974 году аквалангисты г. Воронежа (руководитель А. Сержантов) были проведены подводные исторические исследования гавани и причала XVI в. на Большом Заяцком острове. В результате визуального обследования обнаружено большое количество рулей карбасов второй половины XX вв. Археологически ценного материала поиск не дал2.

В 1976 году подводники клуба «Волна» Московского авиационного института (МАИ) проводили учебно-тренировочные погружения в прибрежной зоне и озерах острова Анзер (руководитель А.Захаров). Перед экспедицией стояла цель – отработка методики подводного поиска. Работы выполнялись двумя группами: в озерах – Банное, Садок и Большое Голгофское и в море – на Троицком стамике – длинной и узкой каменной гряде в нескольких километрах от острова. Районы погружений были выбраны не случайно. По свидетельству старожилов в озерах острова Анзер были затоплены монастырские колокола а Троицкий стамик, полностью скрывающийся под водой в прилив снискал дурную славу опасного места для кораблей.

В результате работ по поискам монастырских колоколов была обследована большая часть озера Банное, Садок и Б. Голгофское. Для поиска был использован подводный металлоискатель. Визуальный осмотр дна сопровождался промерами глубин и толщины ила с помощью стальных щупов. Прозрачность воды позволяла подводнику осматривать поверхностный слой дна шириной 1,5 м. Среди находок группы следует отметить фрагменты керамики, остатки самовара и пешню для колки льда3.

Однако основным результатом работ явились сбор и обработка свидетельств очевидцев, испытание аппаратуры подводной металлоразведки, выявление основных требований к приборам и методики подводного поиска4.

В результате исследований Троицкого стамика (общая площадь обследования – около 50000 м²) был обнаружен судовой колокол, адмиралтейский якорь и останки деревянного парусного судна, по всей видимости, поздней постройки (сохранились остатки стоячего такелажа: вант и штагов). Из-за сильной замытости песком обмеры останков не проводились5.

При поиске применялся подводный носитель. Информация по обследованному участку дна передавалась по водолазной телефонной связи6.

Работы по поискам монастырских колоколов были продолжены в 1977 году на озере Банное (о. Анзер) и в море – на фарватере в районе Песьей луды (руководитель А.Захаров). Основу методики составлял прибор разработанный группой специалистов одного из московских научно-исследовательских институтов под руководством В.А. Бакушева. Металлоискатель обладал особенностями позволяющими эффективно использовать его в подводной металлоразведке. Параллельно приборному поиску проводился визуальный осмотр дна аквалангистами.

В результате исследований на озере найдено некоторое количество материала, представляющего музейную ценность (керамический сосуд, навес на ворота и т.п.) Поиск в районе Песьей луды (обследовано около 40000 м²) исторически ценного материала не дал7.

Систематические исследования подводных объектов Соловецкого архипелага были предприняты по комплексной программе «Изучение историко-культурной и природной среды Арктики», отрядом подводных исторических исследований Морской Арктической комплексной экспедиции НИИ культуры Министерства культуры России (начальник экспедиции – П. Боярский, начальник отряда – А.Окороков).

Работы проводились с 1988 по 1990 гг.

В полевой сезон 1988 г. аквалангистами отряда были проведены детальные обмеры набережной Святого озера, конструктивных элементов подводной части монастырского дока8, причалов на Сельдяном мысу9, гавани и причала на Большом Заяцком острове10, каменной дамбы между островами Большой Соловецкий и Большая Муксалма11 (руководитель водолазной группы – В.Барабанов). Привязка и обмеры объектов производились с помощью топографической и стереофотограмметрической съемок. Кроме изучения конструктивных особенностей гидротехнических сооружений монастыря были обследованы участки морских заливов, примыкающих к Троицкой спасательной станции (общая площадь обследования – 30000 м²) и Кирилловской тони (50000 м²) на острове Анзер12. Визуальный осмотр дна археологически ценного материала не дал.

Параллельно подводным исследованиям проводились наземные археологические раскопки изучаемых объектов, обмеры сооружений, связанных с мореплаванием, судостроением и морскими промыслами, архивные изыскания13. Важным результатом этих исследований стало нахождение, и изучение в южной части бухты Благополучия Б. Соловецкого острова останков корпуса деревянного судна. Оно лежало параллельно берегу на левом борту на урезе воды. Сохранилась килевая часть судна, шпангоуты, часть левого борта с обшивкой до стрингера, набор ахтерштевня с четырьмя металлическими коваными скобами с проушинами для крепления пера руля. Общая длина сохранившейся части составляла 41, 7 м.

Последующее изучение останков позволили сделать вывод, что корпус обнаруженного судна был построен не на государственной верфи (на что указывали конструкция шайб, кокоры, метод топорной обтески досок, пиленные на всю длину обшивочные доски и т.п.) и неоднократно ремонтировался. Общая длина судна составляла около 50 метров, осадка - 2 м. Форма ахтерштевня, а также соотношение его величины и длины найденного фрагмента указывают на то, что судно имело выносную транцевую корму. По совокупности признаков (размеры, пропорции частей, обводы корпуса и др.) позволили идентифицировать находку. Очевидно, обнаруженные останки корпуса принадлежали двухмачтовой зверобойной шхуне, построенной на Беломорье в конце XIX- начале XX вв14.

Другой важной наземной находкой, связанной с северным мореплаванием стал небольшой якорный камень, весом около 5 кг, обнаруженный во время археологических раскопок на острове Б. Заяцкий (руководитель раскопок к.и.н. А.Мартынов) и датируемый III тыс. до н.э. Его размеры составляли 32 х 30 х 4 см. До этого, каменные якоря, но иного типа (с отверстием для деревянного рога) встречались только при раскопках на некоторых карельских стоянках III – I тыс. до н.э15. Известен также экземпляр беломорского каменно-деревянного якоря более позднего периода – XVII века, находившийся в экспозиции Краеведческого музея г. Архангельска. Датируется он XVII в. н.э.

В 1989 году отряд продолжил изучение памятников Соловецкого архипелага (руководители водолазных групп – А. Архипов, А. Мельник). Работы строились по разработанному в 1988 г. плану, включавшему в себя исследования акватории бухты Благополучия, губы Долгой, поиск двух монастырских паровых катеров XIX в. в озерах Б. Соловецкого острова, обследование дна Троицкой губы (о. Анзер).

Подводная разведка в Долгой губе Большого Соловецкого острова (общая площадь – 250000 м²) позволила определить границы гавани в Долгой губе, уточнить древний судоходный фарватер, выявить остатки мостов между островами губы монастырского времени и периода СЛОНа (Соловецкий лагерь особого назначения). Среди находок следует отметить фрагменты и целые экземпляры керамических сосудов XIX в., глиняные грузила для сетей (в том числе с характерными для монастыря клеймами, в виде креста), три металлических якоря (типа «галерных») XIX – нач. XX вв.

В результате визуальной подводной разведке в Троицкой губе (общая площадь обследования – 250000 м²) уточнена конфигурация и определены глубины старого фарватера, ведущего к Троицкому скиту, выявлены места якорных стоянок и судовых подходов к берегу. Среди находок – керамические обливные грузила для сетей, два металлических якоря («галерный» и ледовый) конца XIX – середины XX вв.

Согласно плану исследований был проведен поиск двух паровых катеров, ходивших в XIX – нач. XX вв. по каналам водохозяйственной системе монастыря. Оба катера были обнаружены в озерах Соловецкого острова и изучены. Один из них, затопленный на озере Банное, на глубине 2-х метров, был размыт с помощью пожарных машин, расчищен вручную от завалов металлического лома и поднят краном на берег.

Кроме вышеохарактеризованных подводных работ в полевой сезон 1989 г. была проведена эмпирическая проверка сведений о затонувшем в XVIII в. в гавани Благополучия судне. Поиск, проводимый «полосовым» методом на участке площадью 14700 м², кроме нахождения железно-деревянного блока от судовой оснастки, используемого на кораблях XIX – XX веков, результатов не дал16.

Одновременно с работами на Соловецких островах, одна из групп отряда, под руководством автора проводила обследование участка дна в районе гибели 54-пушечного корабля начала XVIII века «Варахаил» (устье р. Северная Двина, г. Архангельск). Для обследования участка дна вычисленного при изучении архивных материалов (25 км²) были привлечены специалисты кафедры гидроакустики Таганрогского радиотехнического иснтитута. Исследования проводились с малого гидрографического судна при помощи рыбопоискового эхолота «Язь». Запись эхограммы выполнялась в районе о. Голец по диагонали намеченного квадрата. Протяженность участка записи составил 4 км. Разведка показала, что для местных условий: сильные приливно-отливные течения и донные отложения (мелкозернистый песок), требуется более совершенная аппаратура, способная зондировать грунт на глубину около 10. По этой причине безрезультативным оказался и поиск останков исторического судна XIX-XX вв. «Эклипс», затонувшего в Северной Двине (г. Архангельск)17.

В полевой сезон 1990 г. работы отряда подводных исторических исследований МАКЭ проводились в акваториях губы Долгой, гавани Благополучия (около Сельдяного мыса) острова Большой Соловецкий и в районе мыса Капельского острова Анзер.

Основными задачами исследований в Долгой губе явились: поиск остатков монастырского причала и обследований судовой стоянки около него (левый берег губы), а также проверка предположения о затонувшем судне в районе обнаружения в 1989 г. двух якорей (правый берег).

Проведенные исследования позволили выявить на расстоянии 10 м от берега, на глубине 3-4 м остатки размытого и разрушенного течением и льдом фундамента монастырского причала, построенного из валунов размером 20-30 см. Протяженность сохранившейся части составила 7 м. В непосредственной близости от причала обнаружено 7 якорей второй половины XX в.

На участке предполагаемой гибели судна зафиксированы лежащие в определенной системе элементы металлического крепления корпуса небольшого деревянного судна (по всей видимости карбаса) и принадлежности для морского промысла (кованная пешня, 12 глиняных грузил для сетей и т.п.). Остатков деревянных частей обнаружено не было.

Визуальный осмотр дна бухты Благополучия и губы Капельской, кроме единичных находок керамики, глиняных грузил и корабельного блока XIX-XX вв, результатов не принес. Однако следует отметить, что несмотря на незначительность находок, исследованные участки остаются перспективными для планомерных работ с применением более совершенных приборов для подводного поиска18.

В 1991 г. отрядом подводных исторических исследований МАКЭ было проведено обследование прибрежной части в районе города Пертоминска (руководитель водолазной группы – А. Мельник).

Задачами экспедиции являлись: гидроархеологическая разведка в районе старого судового фарватера в Унских рогах и практическое изучение перспектив подводных исследований в данном районе.

Яренгские (Унские) рога расположены в устье Унской губы, почти по середине морского хода от Архангельска до Соловецких островов. Это район древнейшего каботажного мореплавания на Белом море, а Унская губа практически единственное, на много километров место, где суда могли отстаиваться в непогоду. Архивные материалы донесли до нас множество случаев гибели судов в районе Яренгских рогов при попытках захода в губу19.

Подводные работы проводились в трех местах: районе мыса Заячий (западный берег), близ Красногорского мыса (устье, восточный берег) и на Яренгском роге (устье, западный берег).

Для исследований применялись «радиусный» и «полосовой» поиски. В местах находок проводилась шурфовка грунта до глубины 1 м.

В результате работ у мыса Заячий найдено 2 якоря «адмиралтейского « типа и 3-5-лапые «кошки», мелкие судовые металлические части, якорные цепи с кораблей XIX-XX вв.

Поиск у Красногорского мыса научных результатов не дал.

Параллельно подводным работам проводились этнографические исследования и сплошное обследование прибрежной зоны, в результате которых зафиксировано большое количество фрагментов судов, остатки поморских изб, приметных крестов.

В заключение статьи хотелось бы отметить: несмотря на относительную незначительность объема гидроархеологических работ на Беломорье и кажущуюся малоэффективность, они сыграли значительную роль в изучении памятников истории и культуры в гидросфере. Они сдвинули с мертвой точки проблему изучения подводных памятников на Белом море, показали их перспективность. Научные материалы, полученные во время подводных и наземных археологических исследований, а также этнографические и архивные изыскания, значительно пополнили наши знания в области северо-русского судостроения и мореплавания20.

Основным недостатком проведенных экспедиций явилось слабая техническая оснащенность и недостаточное финансирование исследований. В условиях Севера результативными могут быть только работы базирующиеся на серьезной приборной разведке изучаемых районов, а также основательной архивной подготовке.


1 Сержантов А. К тайнам Соловецкого монастыря // Спортсмен-подводник. М., 1975. Вып. 40. С.16-22; Отчет по результатам обследования подводной части набережной Святого озера Соловецкого монастыря. 1973. Архив Соловецкого государственного историко-архитектурного памятника музея заповедника (СГИАПМЗ), Ф.109. ед. хр. 11.

2 Отчет о работе группы аквалангистов г. Воронежа на острове Б. Заяцкий в 1974 г. Архив СГИАПМЗ, ф. 109. ед. хр. 11.

3 Елизаров К. На Соловках, на острове Анзерском // Спортсмен-подводник. 1977. Вып. 49. С.19-25.

4 Отчет о работе отряда «Колокольный звон» 1976. Архив СГИАПМЗ; Отчет о работе морского клуба «Волна» в 1976 г. Архив СГИАПМЗ.

5 Рукопись коллективной статьи для журнала «Вокруг света». Авт. С. Красносельский, Д.Кравченко, С.Ковалевская, А.Захаров. Переписка по научно-просветительской работе. Архив СГИАПМЗ. 1977. Т.11. шифр 55.6/77. С.15-16.

6 Елизаров К. На Соловках, на острове Анзерском // Спортсмен-подводник. 1977. Вып. 49. С.19-25.

7 Отчет о работе морского клуба «Волна» по поиску колоколов Соловецкого монастыря за 1977 г. Архив СГИАПМЗ.

8 Окороков А.В., Шпикалова Е.В. Исследования набережной XIX в. Соловецкого монастыря // Памятниковедение. Изучение памятников истории и культуры в гидросфере. М., 1989. Вып.1. С.110-124.

9 Неизвестные Соловки // Труды Морской Арктической комплексной экспедиции. М., 1992.

10 Окороков А.В. Исследование гавани XVI в. на Большом Заяцком острове Соловецкого архипелага // Памятниковедение. Изучение памятников судостроения, мореплавания и гидротехники. М., 1990. С.133-138.

11 Неизвестные Соловки // Труды Морской Арктической комплексной экспедиции. М., 1992.

12 Архив ИА АН СССР. Отчет об археологических исследованиях и подводной разведке на Соловецком архипелаге в 1988 г. М., 1989.

13 Неизвестные Соловки // Труды Морской Арктической комплексной экспедиции. М., 1992.

14 Окороков А.В., Скворцов А.П. К вопросу об истории северного судостроения // Памятниковедение. Изучение памятников истории и культуры в гидросфере. М., 1990. Вып.1. С.82-83.

15 Мартынов А.Я. Археологические памятники Соловецкого архипелага. Архангельск-Соловки, 2002. С.36.

16 Неизвестные Соловки // Труды Морской Арктической комплексной экспедиции. М., 1992. С. 35-38.

17 Архив ИА АН СССР. Отчет об археологических исследованиях и подводной разведке на Соловецком архипелаге и в устье Северной Двины в 1989 г. М., 1990.

18 Неизвестные Соловки // Труды Морской Арктической комплексной экспедиции. М., 1992. С. 26-27.

19 Архив ИА АН СССР. Отчет о работе Пертоминского отряда МАКЭ за 1991 г. М., 1991.

20 Окороков А.В. Речное и прибрежное судостроение Поморья 18-19 вв. // Памятниковедение. Проблемы изучения историко-культурной среды Арктики. М., 1990. С.353-360; Дубровин Г., Окороков А., Старков В., Черносвитов П. История северорусского судостроения. М., 2001; Базарова Э.Л., Бицадзе Н.В., Окороков А.В., Селезнева Е.Н., Черносвитов П.Ю. Культура Русских поморов. М., 2005.